ثُمَّ ٱلْجَحِيمَ صَلُّوهُ
бродский во мне пробурчит об осени,
цензор внутренний отглагольно отбросит
в объятья венеры с лёгкой проседью
в пышной гриве и рябью в коже,
проберёт озноб до коленей, ложе
убранное самим собой, возможно,
каланхоэ на окнах и свет в мансарде,
проиграв право голоса в нарды,
я полезу под стол доставать кабель